Запись вокала
Обычно люди ждут от меня конкретную цифру.
Один час. Два часа. Три?
Почти за 30 лет работы в студии я понял одну вещь: назвать точное время заранее, не зная песни, аранжировки, исполнителя, степени его подготовки и того, какого результата мы вообще хотим добиться, — это будет не более чем гадание.
Иногда хорошо подготовленный вокалист с отрепетированной песней действительно может пройти весь процесс очень быстро. А иногда композиция, которая на первый взгляд кажется совсем простой, неожиданно требует гораздо больше работы, чем предполагалось.
И то и другое — совершенно нормально.
Так сколько же времени занимает запись вокала? По моему опыту, относительно простую, хорошо подготовленную песню с одним основным вокалом нередко можно полностью закончить примерно за два-три часа. Но это пример, а не правило. Некоторые сессии занимают меньше времени, некоторые — значительно больше. И количество забронированных часов никогда не должно превращаться в искусственный дедлайн для музыки.
Именно поэтому студийное время бронируется по часам. Вы не покупаете обещание, что песня обязательно будет закончена ровно за один, два или три часа. Вы бронируете профессиональное студийное время вместе с работой звукорежиссера, чтобы заниматься вашим проектом и постепенно доводить его до того результата, который вы хотите получить.
Универсальной продолжительности у сессии записи вокала не существует. Две песни одинаковой длины могут потребовать совершенно разного количества студийного времени.
В относительно простой ситуации подготовленный вокалист может быстро записать несколько хороших дублей, выбрать лучшие исполнения, перепеть несколько отдельных фраз, после чего мы естественным образом переходим к редактированию и обработке. В таком случае двух-трех часов действительно может быть достаточно, чтобы получить законченный профессиональный результат.
Но другая трехминутная песня может потребовать поиска правильной подачи, записи даблов и гармоний, проверки разных идей, сборки вокала из большого количества дублей, коррекции ритмики или высоты нот — или просто времени на поиски варианта, который будет ощущаться лучше.
И последнее особенно важно. Запись — это не только технический процесс с заранее известным набором операций. В какой-то момент она может превратиться в творческий поиск, а у творческого поиска нет надежного секундомера.
Меня часто спрашивают: «Сколько часов займет моя песня?»
Я прекрасно понимаю, почему люди спрашивают. Хочется знать, сколько времени бронировать и примерно во сколько обойдется проект.
Проблема в том, что до начала работы слишком многое мне просто неизвестно.
Я могу еще не знать аранжировку, структуру песни, количество вокальных партий, состояние инструментала, насколько хорошо песня отрепетирована, насколько уверенно исполнитель чувствует себя в студии, сколько дублей понадобится и насколько глубоко артист захочет экспериментировать.
Даже песня, которая звучит очень просто, на практике может потребовать чрезвычайно детальной работы.
Просить точную оценку студийного времени до того, как все это стало известно, — примерно то же самое, что спросить строителя: «За сколько вы построите мой дом?» — еще до того, как он увидел проект.
Строитель, конечно, может назвать цифру. Любую цифру.
Но на чем она будет основана?
С записью то же самое. Я предпочитаю честно говорить о неопределенности, а не уверенно называть время, которое на самом деле ничем не обосновано.
Это особенно важно понимать, когда вы выбираете продолжительность работы. Актуальная почасовая стоимость указана на странице цен студии.
Минимальное бронирование — один час. Но если вы забронировали один час, это не значит, что мы должны спешить и любой ценой пытаться закончить всю песню именно за этот час.
Музыке не идут на пользу паника и секундомер.
Если вы забронировали два часа, а проекту понадобилось четыре, мы можем просто продолжить работу, и итоговая стоимость будет рассчитана исходя из фактически использованного времени.
Если сразу после ваших первоначально забронированных двух часов приходит другой клиент, мы останавливаемся в логичном месте, сохраняем проект и продолжаем в другое свободное время, которое вам подходит.
В этом нет ничего плохого. Песня не становится хуже только потому, что была закончена за две сессии, а не за одну.
Время, которое вы выбираете при бронировании, просто резервирует определенный блок в расписании студии. Оно не должно превращаться в искусственное творческое ограничение, заставляющее нас спешить.
Со стороны запись вокала может выглядеть очень просто: включили микрофон, несколько раз спели песню, выбрали лучший дубль — готово.
В реальной студийной сессии этапов намного больше.
Сначала мы слушаем исходный материал и разбираемся в песне, аранжировке, структуре и в том, что именно собираемся записывать.
Затем нужно настроить запись под конкретного человека, который стоит перед микрофоном: положение и высоту микрофона, уровень записи, громкость наушников, баланс между инструменталом и собственным голосом исполнителя, а также создать комфортные условия для работы.
Мы решаем, где и как будут записываться разные части и каким образом лучше организовать саму сессию.
И только потом начинаем записывать.
Могут быть пробные дубли. Разминочные дубли. Хорошие дубли. Почти хорошие. Дубли, где одна фраза получилась великолепно, а другую лучше перепеть.
Мы можем записывать основной вокал, даблы, вторые голоса, гармонии, бэк-вокал, эдлибы и дополнительные вокальные слои.
Иногда трех дублей достаточно. Иногда нужно значительно больше.
Само количество дублей не имеет значения. Наша задача — получить материал, из которого действительно можно собрать хорошую песню.
Наверное, это одно из самых больших заблуждений относительно студийного времени.
Если исполнитель закончил петь в микрофон, это еще не означает, что песня закончена.
Теперь мы слушаем записанный материал и выбираем лучшие дубли и отдельные фрагменты.
Затем эти части нужно правильно разместить на таймлайне песни и собрать из них естественно звучащее исполнение.
Может понадобиться коррекция тайминга. Несколько вокальных партий может потребоваться синхронизировать между собой. Высота нот может нуждаться в аккуратной коррекции, чтобы вокал звучал чисто, но при этом не потерял характер живого исполнения.
Затем начинается редактирование и подготовка вокала.
Эквализация. Динамическая обработка. Деэссинг. Эффекты. Пространство. Баланс. Автоматизация там, где она необходима. Дополнительные детали и обработка. Иногда сам инструментал тоже требует редактирования или корректировки.
И наконец — мастеринг готового трека целиком.
Все это — реальные этапы создания песни. И каждый из них требует реального времени.
При этом вся студийная работа в Ronter Sound выполняется при участии клиента. Вы слышите, что происходит, слышите изменения и принимаете участие в решениях, связанных со звучанием, чтобы итоговый результат действительно отражал вашу песню и ваши предпочтения.
Все описанное выше может относиться к относительно простому проекту: один основной вокал поверх готового инструментала.
Добавьте даблы и бэк-вокал — и появится больше партий, которые нужно записать, выбрать, отредактировать, настроить по нотам, выровнять, сбалансировать и обработать.
Добавьте живые инструменты — и процесс записи снова становится объемнее.
Принесите аранжировку не в виде одного готового стереоинструментала, а как несколько отдельных стемов — и во время сведения появится больше отдельных элементов, которые нужно балансировать и обрабатывать.
Измените творческую задачу с «нам нужен чистый профессиональный демо-трек» на «давайте искать разные варианты звучания, пока не найдем что-то действительно особенное» — и проект снова становится совсем другим.
Именно поэтому одна только длина песни практически ничего не говорит мне о том, сколько времени займет работа над ней.
По моему собственному студийному опыту, относительно простая песня с одним вокалом часто занимает примерно два-три часа — от самой записи до необходимой обработки, сведения и мастеринга.
Но, пожалуйста, воспринимайте это как пример, а не как обещание.
Бывают сессии, когда очень хорошо подготовленный вокалист прекрасно знает песню, записывает два-три сильных полных дубля, почти не нуждается в коррекции и хочет получить относительно простое готовое сведение. В такой ситуации иногда даже одного часа действительно может хватить для получения законченного результата.
А бывают проекты, для которых недостаточно и пяти часов.
Исполнителю может понадобиться больше дублей. Песня может оказаться технически сложной. В ней может быть множество вокальных слоев. Исполнение может потребовать детального редактирования. Или сам артист может предъявлять очень высокие требования к каждой мелочи и хотеть продолжать работу до тех пор, пока все не окажется именно там, где должно быть.
А между этими двумя крайностями существует бесконечное количество других ситуаций.
Поэтому у вопроса «Сколько часов займет моя песня?» просто нет универсального ответа.
Я хочу подчеркнуть это особенно.
Если работа над вашей песней занимает больше времени, это не является оценкой вас как артиста.
Студия работает с тем исполнителем, который сегодня вошел в эту дверь, — с тем голосом, песней, опытом, подготовкой, идеями и амбициями, которые есть у этого человека сегодня.
Вы не обязаны приходить в студию идеальным.
Артист имеет право быть неопытным. А студия обязана быть профессиональной.
Иногда нам нужно больше дублей. Иногда мы экспериментируем с подачей. Иногда певцу требуется немного времени, чтобы привыкнуть к наушникам и микрофону. Иногда прямо во время записи мы находим более интересную идею и решаем ее попробовать.
Это не потерянное время.
Это и есть работа.
Моя задача не в том, чтобы стоять рядом с часами и ждать, пока вы с первого раза споете все идеально. Моя задача — работать с тем материалом, который у нас есть, помогать принимать правильные решения и вместе двигать песню к максимально сильному результату.
Хорошая подготовка действительно может ускорить процесс: знать текст и структуру песни, заранее отрепетировать материал и понимать, какой результат вы хотите получить.
Покажу вам реальный пример, потому что он объясняет вопрос студийного времени гораздо лучше любых теоретических расчетов.
Недавно в студию пришли мама с дочерью. Обе хорошо поют. Дочь записывала основной вокал, песня была отрепетирована, инструментал готов, а сама она уже обладала хорошими вокальными навыками.
Это хороший пример подготовленного клиента.
Мы записали примерно по три-четыре дубля каждого куплета, припева и бриджа.
Затем мы выбрали лучшие дубли и переписали несколько фраз, которые были слабее остальных.
После записи я поработал над таймингом вокала относительно инструментала, сделал необходимую коррекцию высоты нот, применил динамическую обработку и эквализацию, поработал с сибилянтами, настроил необходимые эффекты, собрал микс и сделал мастеринг песни.
Через три часа после начала работы у клиента был готовый трек.
Не сырая запись, которую потом еще когда-нибудь придется доделывать.
Не вариант «время закончилось, значит, пусть остается так».
Это была нормально записанная, отредактированная, настроенная, сведенная и отмастеренная песня, которая звучала хорошо, профессионально и атмосферно.
Вот результат этих трех часов:
На протяжении всей сессии клиент видел и слышал, что происходит.
Каждый этап имел смысл. Каждый этап давал понятный результат. Мы не растягивали время и не пытались придумать, чем бы еще заняться. Мы постоянно работали над песней.
Клиент не особенно хотела тратить больше трех часов, и у меня не было никаких причин говорить ей, что трек якобы «не закончен». Он был закончен.
Мы получили хороший профессиональный результат.
И вот здесь история становится значительно интереснее.
Через пару дней, когда на выходных у меня появилось свободное время, я снова открыл этот же проект.
Клиент меня об этом не просил.
Песню не нужно было спасать.
Мне просто стало интересно, насколько далеко я смогу зайти, если перестану думать о разумном количестве оплачиваемого клиентом студийного времени и начну искать именно то звучание, которое лично мне хотелось бы услышать.
И я начал экспериментировать.
Я менял баланс. Пробовал другие варианты обработки. Глубже работал со стерео и пространством. По-новому рассматривал взаимодействие разных элементов. Пробовал различные подходы и алгоритмы. Я даже стал искать для аранжировки другой звук фортепиано.
Послушал еще раз.
Немного что-то изменил.
Снова послушал.
Попробовал другое направление.
Отказался от него.
Попробовал что-то еще.
В конце концов я пришел вот к этому:
Те же самые исходные записи после примерно десяти дополнительных часов моей собственной творческой работы:
На мой слух, эта версия звучит иначе. Более выверенно, более отполированно, объемнее и ближе к тому, что лично я считаю полностью бескомпромиссным финальным звучанием.
Но обратите внимание на важную вещь.
Исходные записи здесь те же самые.
Вокалистка не возвращалась к микрофону. Ничего не пришлось перепевать.
Изменилась только глубина работы и количество экспериментов.
Это очевидный вопрос.
Если я считаю, что вторая версия звучит лучше, почему я просто не сделал ее такой сразу, пока клиент находился в студии?
Ответ — время.
Поиск этого второго варианта звучания занял примерно десять дополнительных часов.
То есть трехчасовой проект превратился бы примерно в тринадцатичасовой.
И было бы разумно просить клиента заплатить за тринадцать часов вместо трех?
Для одного клиента — возможно. Для другого — скорее всего, нет.
Но еще важнее другое: как я мог заранее гарантировать, что эти дополнительные десять часов обязательно приведут нас к результату, который понравится клиенту больше?
Никак.
Второй вариант отражает мой вкус и мои решения. Клиенту он может понравиться больше. А может оказаться, что ей больше нравится первая версия. Музыка — это не математика, где тринадцать часов автоматически означают результат в 4,3 раза лучше трехчасового.
А с позиции клиента эти десять часов могут выглядеть довольно странно.
Звукорежиссер уже сотни раз прослушал одну и ту же песню. Он едва заметно двигает какие-то регуляторы. Немного меняет что-то в стереополе. Пробует другое пианино. Возвращается назад. Меняет эффект. Снова слушает.
Иногда разница между двумя отдельными действиями настолько мала, что клиент совершенно справедливо может спросить:
«А что именно мы сейчас делаем и почему я за это плачу?»
Это абсолютно справедливый вопрос.
И сложность ответа состоит в том, что иногда я сам еще не знаю, какой именно эксперимент в итоге приведет к нужному решению.
Если бы я уже знал ответ, это был бы не поиск.
Есть разница между работой, которая песне очевидно необходима, и поиском чего-то большего уже после того, как хороший результат достигнут.
У записи чистого хорошего дубля есть понятная цель.
У исправления неправильной ноты есть понятная цель.
У выравнивания вокальных партий, которые явно не совпадают между собой, есть понятная цель.
У устранения проблемного резонанса есть понятная цель.
У создания сбалансированного профессионального микса есть понятная цель.
Но после того, как песня уже работает, мы попадаем на гораздо более субъективную территорию.
Может ли пространство ощущаться глубже?
Может ли другое фортепиано лучше передавать эмоцию?
Можно ли сделать стереокартину интереснее?
Может ли другая цепочка обработки сделать вокал более дорогим по звучанию, более интимным, мощным или естественным?
Возможно.
Но чтобы это выяснить, нужно экспериментировать.
У меня были проекты, где поиск правильного звучания требовал не просто дополнительных часов, а необходимости вернуться к материалу на следующий день с отдохнувшими ушами и снова послушать его со свежим восприятием.
Этот финальный этап — творческий поиск — может оказаться самой медленной, кропотливой, субъективной и непредсказуемой частью всего процесса.
И одновременно он может быть невероятно интересным.
Но стоит ли платить за этот дополнительный поиск — не то решение, которое студия должна принимать за вас.
Это ваша песня, ваш бюджет, ваш вкус и ваше решение.
Я думаю, это не менее важно, чем объяснять, сколько еще работы потенциально можно сделать.
Большее количество студийного времени не означает автоматически более хороший результат.
В определенный момент песня становится законченной профессиональной работой.
Вы можете послушать ее и сказать: вокал хороший, исполнение работает, тайминг чистый, ноты на месте, микс сбалансирован, песня передает нужную эмоцию и ничто не отвлекает слушателя от самой музыки.
Это совершенно нормальная точка завершения.
Вы имеете полное право на этом остановиться.
И точно так же вы имеете право сказать: «Мне очень нравится, но давайте попробуем поискать еще».
Оба решения правильные.
Моя задача как звукорежиссера — показывать вам, что именно мы делаем, объяснять зачем, давать услышать результат и помогать принимать это решение осознанно.
Экономить студийное время нужно не за счет спешки.
Оно экономится благодаря подготовке, концентрации, опыту и правильным решениям.
Хорошее знание текста и мелодии помогает.
Репетиции песни помогают.
Хорошо организованные файлы помогают.
Если сразу перепеть слабую фразу, а не обнаружить проблему значительно позже, это тоже экономит время.
Опыт звукорежиссера — способность быстро понять, что действительно важно, а что нет, — тоже экономит время.
Но «экономить время» никогда не должно означать «давайте сделаем хуже только потому, что часы идут».
Музыка не любит такую спешку.
Выберите то количество времени, которое вы разумно готовы зарезервировать.
Просто помните: это окно бронирования, а не прогноз того, за сколько именно обязана быть закончена ваша песня.
Если проект закончится раньше — прекрасно.
Если потребуется больше времени и расписание студии позволяет продолжить, мы можем продолжить.
Если сразу после вас запланирована другая сессия, мы просто продолжим работу над вашим проектом в другое свободное время.
Нет никакой причины паниковать, в спешке доделывать все в последние 20 минут или портить песню только потому, что первоначально забронированного времени оказалось недостаточно.
Мы работаем над проектом. Слушаем. Принимаем решения. Вы участвуете в процессе. И используем столько студийного времени, сколько действительно требуется проекту и тому результату, который вы хотите получить.
Иногда одного часа действительно достаточно.
По моему опыту, относительно простую и хорошо подготовленную песню с одним основным вокалом часто можно полностью закончить примерно за два-три часа.
А иногда недостаточно и пяти часов.
И если после достижения хорошего профессионального результата вы решите пойти дальше и заняться глубокими творческими экспериментами, даже я не смогу честно сказать вам заранее, где закончится этот поиск.
Такая неопределенность не является недостатком студийного процесса.
Это часть создания музыки.
Поэтому, когда вы бронируете сессию, не воспринимайте количество часов как дедлайн, нависающий над вашей песней.
Воспринимайте его просто как количество студийного времени, которое вы резервируете, чтобы начать или продолжить работу.
А дальше мы спокойно и профессионально работаем вместе — и позволяем самой песне показать нам, что ей необходимо.
Если вы хотите записать вокал в Ronter Sound, посмотрите страницу записи вокала и актуальные цены студии.
Фиксированной продолжительности нет. По моему опыту, относительно простую и хорошо подготовленную песню с одним основным вокалом часто можно записать, отредактировать, обработать, свести и отмастерить примерно за два-три часа. Некоторые проекты занимают меньше времени, а некоторые — значительно больше.
Да. Один час — это количество студийного времени, которое вы резервируете, а не обязательство закончить весь проект именно за этот час.
Если дополнительное студийное время свободно, мы можем продолжить сессию, и вы оплачиваете фактически использованное время. Если сразу после вашей брони приходит другой клиент, мы сохраняем проект и продолжаем работу в другую доступную сессию, которая вам подходит.
Да. Работа звукорежиссера входит в почасовую стоимость студии. В рамках сессии могут выполняться запись, редактирование, коррекция вокала, работа с таймингом, обработка, сведение, мастеринг и другие необходимые для проекта работы.
Потому что реальное время зависит от самой песни, аранжировки, количества вокальных партий, подготовки исполнителя, количества дублей, объема редактирования и коррекции, требований к сведению и уровня творческих экспериментов, которые вы хотите провести. Многие из этих факторов невозможно точно определить до начала работы.
Да. Мы работаем при участии клиента в сессии. Вы слышите, как развивается проект, участвуете в принятии решений и можете по ходу работы одобрять направление и звучание.
Нет. Подготовка — лишь один из множества факторов. Сложность песни, количество вокальных слоев, художественные решения, объем редактирования и тот уровень детализации, которого вы хотите добиться, — все это влияет на необходимое количество студийного времени.
Да, если вы этого хотите. После того как вся необходимая работа уже выполнена, можно продолжить творческие эксперименты со звучанием, пространством, балансом, обработкой, инструментами и другими деталями. Этот этап творческого поиска очень субъективен, а его продолжительность и результат невозможно заранее предсказать.
Полезно перед записью
